Малыш

       Малыш считает себя суперменом. Он абсолютно уверен, что как мужик он непревзойдён. Маринка не очень понимает, что он имеет ввиду, но каждый раз поддакивает ему – пусть будет человеку приятно, жалко что ли? Малыш, конечно, не малыш. Просто душа у него юная – подростковая. Он в человеческом теле всего второй раз пришёл на планету. А кем до этого был? – Ну, кем-то был... не всё ли равно? И этот подросток, конечно же любит всё классное, и любит этим классным похвастаться. Он зазвал Маринку к себе домой посмотреть на ремонт и новую мебель. Он вложил в это душу, и был очень горд тем, что получилось. А получилось классно! Всё со вкусом, эстетично. И дорого! Но, в самом деле, классно. 
       Малыш и Маринка знакомы давно. Так давно, что ощущают себя почти родными. И это давно включает в себя не столько время – несколько лет – сколько количество событий и переживаний, произошедших за это время. Маринку с Малышом познакомила их общая знакомая, желая и ей, и ему только счастья. В общем, она хотела, как лучше... Маринка, прожив всю сознательную жизнь сначала дома, где царила любовь, а потом в своём стерильном замужестве без свяких страстей на стороне, была не готова к такой встрече, и многое поначалу не понимала. Суть их взаимотношений можно выразить анекдотом, в котором лягушку переехал каток, после чего она встаёт, отряхивается и говорит: «Ах, какой мужчина!..» Только фразу о мужчине в их варианте говорила не Маринка, а сам Малыш, считавший себя суперменом. Маринка была не единсвенной лягушкой, по которой проехался каток-Малыш. И, по большому счёту, Малыш всё понимал, не понимая только одного, почему он всё это делает, хотя очень хочется любви и ласки. Зачем он мучает женщин, хотя умеет – умеет, ведь! – любить? Он не знал о кармических долгах, ни о своих, ни о долгах тех женщин, которые встречались на его пути. Он закрывал сердце, и прятал глаза, прищурив веки. Он говорил всегда сам, говорил много, не давая женщине возможности сказать что-то своё – не дай Бог, скажет что-то умное, и придется признать, что она не дура, и, вдруг, ко всему прочему, окажется ещё и человеком хорошим. Как же тогда совесть обманывать, обращаясь с ней по-свински?..
       Маринка, по случаю жары скинув босоножки, босая стоит на кухне Малыша и наливает в чайник воду. Он к её приходу приготовил салат, порезал сыр, подсушил в тостере хлеб, поставил два фужера и сейчас, открывая бутылку дорогого красного вина, как обычно напрашивается на похвалу – всё-таки, подросток!
- Маришка, правда я лучше всех готовлю салат?
- Правда.
- Мариш, правда, я лучше всех умею выбирать вина?
- Правда, - совершенно искренне соглашаеься Маринка – что правда, то правда, и про салат, и про вина – Только скажи, пожалуйста, когда ты приглашаешь женщину домой, перед её приходом надо ликвидировать следы предыдущей женщины?
Малыш, вскинувшись, замирает...
- Надо, - соглашается он. – А где ты видишь следы?..
- Две стопки на столике с салоне, две тарелки, две вилки и две чашки в мойке...
- А вот и нет! А вот и нет! А вот и не получится из тебя Шерлока Холмса!.. Я просто два раза ел, а посуду не вымыл!.. И вообще, Мариш, меня девочки не любят, старый я уже..
Маринка по заведённому сценарию должна была возразить и сказать что его ещё как любят, а он, довольный, в ответ продолжил бы что-нибудь о своём одиночестве, и как он устал быть один... Но, взбудораженный замечанием о другой женщине, он нечаянно, ставя на стол бутылку, толкнул фужер и тот, слетев на пол, вдребезги разбился за маринкиной спиной, усеяв осколками пространнство около её босых ног.
Малыш замер. Потом заботливо сказал:
- Не двигайся. Я сейчас подмету.
Он берёт щётку и совок и молча, тщательно сметает осколки. Маринка, не двигаясь с места, закрывает кран и включает чайник.
За салатом и вином он по обыкновению, будет что-то рассказывать, жалуясь на жизнь, а Маринка будет слушать и поддакивать – ему, ведь, важно сказать, а не выслушать. Задав вежливый вопрос «Как дела?» он не ждёт рассказа о делах, надо просто ответить «Хорошо», и начать его слушать. А слушать Маринка умеет. Он что-то говорит и, вдруг, замерев, смотрит на Маринку, широко открыв глаза, и она впервые за все годы их знакомства видит его глаза, не спрятанные за прищуренными веками. Они, оказывается, у него большие и человеческие. А раньше, как-будто, глаз не было... И Маринка понимает, что кармические долги, которые их связывали, отработаны. И она, наконец, его простила. У неё долго это не получалось. Но, всё-таки, получилось. А когда получилось, откылись его глаза. За годы их знакомства через него прошло много женщин. Об одних Маринка знала, о других догадывалась, но все куда-то канули бесследно. А с Маринкой всё не получалось расстаться. То есть, того, что было вначале, не было, остались просто телефонные разговоры, какя-то мелкая помощь – просто знакомые, вроде бы давно пора забыть друг друга, у каждого своя жизнь. А не получалось. Что-то держало их рядом.
       Маринка помнит их первую встречу, то странное, что тогда случилось. Малыш подъехал к её дому, она вышла, увидела мужика, сидящего в машине, разговаривающего по сотовому. Он её не впечатлил. Подумала, ладно, выпьет с ним чашку кофе, поболтает и вернётся домой. Но когда села к нему в машину, почувствовала какое-то... нет не беспокойство, беспокоится было не с чего... Это было какое-то внутреннее движение. Она пыталась понять, что это... Они сидели друг против друга, и Маринка, пытаясь разобраться, что это там внутри, «нажимала» на кнопки, переводя разговор с одного на другое, как бы «прощупывая» Малыша, а его это нервировало. Наконец, она коснулась какой-то темы, и Малыш среагировал. Было впечатление, будто открылись ставни, закрывавшие окна дома, внутри которого горел свет, и этот свет пролился наружу. И уловив этот свет, то, что внутри Маринки нарушало покой, вдруг, облегчённо вздохнуло, как бы говоря: «Да, это то самое...» и успокоилось. А потом от неё отделилась некая прозрачная ипостась, приникла к Малышу и обняла его за шею...
       Потом, когда Маринка уже исполняла роль лягушки, было несколько видений. Однажды, сидя на его диване перед телевизором, с которым Малыш только что не спал, она неожиданно увидела их двоих со стороны. Только вместо дивана была старинная резная кушетка, а вместо телевизора – камин с витой чугунной решёткой, за которой пламя неспешно лизало древесные угли.
- Так мы уже встречались... – подумала тогда Маринка.
А другое видение ей многое объяснило в их нынешних странных отношениях. Она увидела себя в какой-то комнате с книжными стеллажами. Она была одета в скромное голубое платье с длинной юбкой, с отложным белым воротничком. Светлые волосы были собраны в пучок на затылке, на висках были оставлены два локона. В комнату вошел мужчина в черном плаще с капюшоном. Она, очевидно его ждала. Она взяла с полки какой-то флакон и протянула ему. За ним, он, видимо, и приходил. Мужчина, взяв флакон, по-хозяйски сел в деревянное кресло, стоявшее в комнате. А она села к нему на колени. Они о чём-то говорили, и Маринка, вдруг спросила его: «Так мы что, расстаёмся?..» - «Ну, конечно!..» - ответил мужчина бодро, откидывая назад с головы капюшон. Ответил фразой, которой обычно отвечал на её вопросы Малыш. И с его же интонацией. Страх потери был так велик, что Маринка вынырнула из видения с упавшим куда-то вниз сердцем...
       Их отношения с самого начала были дёрганными, и для Маринки напоминавшими медленную пытку. Она несколько раз делала попытку закончить их, но Малыш, почему-то упорно возвращал её и продолжал мучать. А Маринка никак не могла понять, зачем, во-первых, он её возвращает, а во-вторых, почему она так зависит от него и возвращается. Это был какой-то заколдованный круг. И однажды Маринка решила его разорвать Она пошла ТУДА, нашла ТАМ узел их отношений и просто развязала его. И конец верёвки, который тянулся от Малыша, бросила в его сторону. И увидела, что она, оказывается, очень большая, а Малыш маленький. И он, маленький, бежал в панике в её сторону с мольбой в глазах, бежал, запыхавшись, споткнулся, упал и продолжал смотреть на неё с криком в испуганных глазах: «Не бросай меня!..» 
- Так это, оказывается, не я от него завишу, а он от меня... – поняла она. И вспомнила, что Малыш всегда в трудную минуту, несмотря на состояние их отношений, звонил ей. Но это делал, ведь, не только он...
Придёт время и она услышит однажды в телефонной трубке его взволнованный голос: «Маринка! Обещай мне, что чтобы со мной ни случилось, ты никогда меня не бросишь!.. Обещай!..» - «Конечно, не брошу...» - ответила Маринка спокойно. И это было правдой. Разве ей жалко поделиться тем большим, что есть в ней? – Да, не убудет. А кричал Малыш просто потому, что влюбился. И испугался этого. Влюбился не в Маринку. Потому и испугался, что она его бросит. А влюбился потому, что закончились кармические долги, и Маринка его отпустила. Но Малыш этого не знал... Но это будет потом. А пока они сидели с Малышом на его модерновой кухне, пили испанское красное вино и у Малыша, вдруг, открылись глаза... И Маринка увидела, что они у него большие и человеческие.

       ...Малыш был углублён в себя, в свои ощущения, и глаза его были закрыты... Он, вдруг, резко откроет их и пристально глядя на Маринку резко скажет: «Поцелуй меня...» Маринка наклонится и коснеётся его губ... А Душа испуганно отпрянет назад!.. «Целоваться грех... На губах Душа...» - услышит она голос...

       Малыш, довольный и расслабленный лежит, в одной руке держа сигарету, а другой обнимая Маринку. Он с удовольствием затягивается и с таким же удовольствием советует Маринке заняться устройством своей жизни, найти стоящего мужика, выйти замуж... Маринка не реагирует. Когда-то подобные разгоровы в подобной ситуации её травмировали, а сейчас ей глубоко всё пофиг. Она знает наизусть всё, что скажет Малыгш, чтобы «поесть» её. «Поесть» у него давно уже не получается, но попытки продолжаются. 
В салоне зазвенел телефон. И Малыш, как был голый, сорвался на звонок. Потом он вернётся, встанет, облокотившись на косяк, в проёме двери, докуривая сигарету. Он будет улыбаться, не разжимая губ, своей, какой-то нечеловеческой улыбкой, на которую, как рыбка на крючок, ловятся женщины. Он будет стоять – большой и толстый, волосатый от шиколоток до шеи и абсолютно лысый, довольный собой и своим голым телом – а Маринка, вдруг, увидит, как у него сквозь лысину прорезаются маленькие рожки, а сзади вправо-влево гуляет тонкий хвост с кисточкой на конце...

- Долги отработаны, - по дороге домой подумает Маринка, вспомнив как дёрнулась её Душа. Она поднимется ТУДА и, найдя дверь в комнату Малыша, со всего размаха захлопнет её, осознавая, что теперь никогда больше их отношения не перейдут границу приятельских. И нажмет на газ, выруливая на скоростную трассу. 

       Пройдёт время и Малыш, наконец, влюбится...

 

  • b-facebook
  • Twitter Round
  • b-googleplus

© 2023 by Natural Remedies. Proudly created with Wix.com